Толя, Коля, Оля и Володя здесь были
Если вам доведется быть на «Краю света», отыщите там, на самом его краешке, посередине маленькой полянки, большую черную бутылку. Она стоит в ямочке, и заметить ее можно по торчащему горлышку. В бутылке, свернутая трубочкой, лежит бумажка — такой, знаете, листик в прямую клеточку, вырванный из блокнота. Так вот: развернув бумажку, вы прочтете эти самые слова: «Толя, Коля, Оля и Володя здесь были». Потому что мы действительно там были.
1. Я проявляю упрямство. Сборы в дорогу
Папа вошел ко мне в комнату, и я сразу поняла, что у него зародилась какая-то мысль. Вообще-то мой папа ученый, физик, доктор наук, и считается, что мысли у него должны быть постоянно. Но все же сразу бывает видно, когда у папы есть мысль, а когда нет. Сейчас она у него была. Мысль прямо распирала папу, он даже стал круглее, чем обычно.
— Малыш, — начал папа, и это означало, что мысль у него приятная. — Через месяц у нас с мамой начинается отпуск…
— Ура! — сказала я.
— Однако на этот раз мы поедем отдыхать не вместе. То есть отдыхать едет одна мама… как всегда — в Сочи. Что же касается меня, то видишь ли… ну, словом, группа товарищей, и я в том числе, собрались в такой, как бы это выразиться, полутуристский-полуделовой маршрут — в Приморье и на Курильские острова. Мы будем читать там лекции, работать, в общем, и только в редкие минуты, — если, разумеется, удастся выкроить эти редкие минуты, — отдыхать. Так вот… Тебе, в связи с этим, надо сделать выбор: поедешь ли ты с мамой в Сочи, или…
— С тобой на Курилы! — быстро сказала я.
— Видишь ли, детеныш, — сказал папа, и это означало, что поспешность моя не вызвала у него восторга. — Видишь ли… выбирая Курилы, ты, естественно, лишаешь себя ежедневного мороженого с наполнителем, ну там… э-э-э, персиков, миндальных пирожных и так далее. Ничего этого не будет. Я уже не говорю про южное солнце…