Из своего окна он видел комнату, по всем признакам пустую. Странный тип, который иногда сидел за письменным столом, крутя нафабренные усы, сейчас крутил их в каком-то другом месте. Вероятно, дела частного сыска увлекли мистера Эдера в Скотланд-Ярд, поучать тамошних полицейских, или в опиумную курильню Одноглазого Джо, разыскивать алмаз махараджи.

Так это или нет, но одно Джеф понимал четко. Неизвестно, как у Дж. Шерингема Эдера с алмазами махараджи, но вот с булочками у него не густо. С точностью, свидетельствующей о твердой руке и наметанном глазе, Джеф принялся швырять их через двор.

Четвертая, и последняя, угодила Шимпу Твисту точно промеж глаз. На мгновение тому показалось, что ударом снесло верхнюю половину черепа.

Полагая, что контора пуста, Джеф ошибался. Сыщик был у себя, но несколькими мгновениями раньше он на четвереньках заполз под стол, ища оброненный шестипенсовик. Странное чувство, что воздух внезапно наполнился летающими предметами, заставило его резко выпрямиться в самый неподходящий момент.

Миг короткого замешательства — и он, потирая лоб, высунулся в окно. Взгляд его остановился на молодом человеке с соломенными волосами и перекошенным лицом. Молодой человек смотрел прямо на Шимпа. И тут Александр Твист не впервые за свою сомнительную карьеру понял, что пришло время линять.

Увы, такие недоразумения повторяются в нашей жизни с пугающей частотой. Мы-то знаем, почему Джеф метал булочки, и понимаем, что взор его изображал раскаяние и ужас. Желая пощадить чувства мамаши Болсем, он засветил булочкой в лоб ближнему. Казалось бы, любой должен увидеть, что перед ним — воплощенное сожаление.

Любой, но только не Шимп Твист. Мы уже говорили, что по роду занятий он нажил немало врагов. Лондон, как и Чикаго, который он по этой самой причине вынужден был покинуть за несколько лет до описываемых событий, просто кишел людьми, которые спали и видели, как бы его отдубасить. Больная совесть подсказывала, что Джеф — из их числа.