— Да, в Беверли-Хиллз. В гости к тетушке.

— К Билл?

— Нет, к другой. К ее сестрице. Расположившейся гораздо выше Билл на социальной лестнице. Принадлежащей к старинной голливудской аристократии. Ее зовут Адела Шэннон.

— Та самая Адела Шэннон? Звезда немого кино?

— Та самая.

— Я слыхал о ней от Билл. Она, похоже, от этой Аделы не в восторге.

— Я, признаться, тоже.

— А зачем же в гости едешь?

— Сама не знаю. Так просто. Надо же куда-то ехать. Она как раз приглашала.

— Где она живет?

— На холмах, в конце Аламо-драйв. Там раньше жила Кармен Флорес. Ты, должно быть, знаешь это место.

— Так она расположилась в этом дворце? У нее, наверное, уйма деньжищ!

— Так и есть. Она вышла замуж за миллионера.

— Ты сможешь повторить ее подвиг, если я найду свою нишу и мои дела пойдут в гору. А пока что жди моего звонка.

— Чего ждать?

Джо рассмеялся. Дурное настроение как рукой сняло. Солнце засияло в разрыве туч, и все стало к лучшему в этом лучшем из миров.

— Неужто ты надеялась ускользнуть от меня, спрятавшись в Голливуде? Бедняжка, ты прозябаешь в раю, не отведавши плода от древа познания. Я сам еду в Голливуд через пару дней.

— Как! Ты же у них в черном списке!

— Я не в поисках работы туда направляюсь. Они, само собой, придут ко мне на поклон и станут упрашивать, но я гордо откажусь: после того, что случилось… И буду непреклонен. На самом деле я собираюсь потолковать с Билл насчет ее проекта. Она почему-то уверена, что мое сотрудничество обеспечит делу успех. Настаивает на том, чтобы я все бросил и примчался к ней. Жаль, что мы не сможем ехать вместе с тобой, мне надо кое-что уладить, прежде чем я покину метрополию. Тем не менее в свое время я дам о себе знать. Более того, ты получишь возможность лицезреть меня живьем.

— Надеюсь, ты не собираешься нагрянуть к тете Аделе?