Возвращаясь к себе в контору, я заехала в местную публичную библиотеку. Взяв в справочном отделе путеводитель по Бока-Рейтону, я действительно обнаружила в списке адресов тот, по которому находился кондоминиум Элейн Болдт. Приведенный в справочнике телефонный номер, как и следовало ожидать, совпал с тем, который мне дала Беверли Дэнзигер. Я отметила адреса владельцев соседних кондоминиумов и выписала номера телефонов. Похоже, это был район комплексной застройки с устоявшейся "общиной" жильцов. При нем действовали коммерческая служба, теннисные корты, оздоровительный и спортивный центры. На всякий случай, чтобы больше не возвращаться, я выписала все.

Прибыв в контору, я завела карточку на Элейн Болдт, отметив время, уже затраченное мной на ее розыски, и внесла туда информацию, которой располагала на тот момент. Затем набрала номер Элейн. Насчитав тридцать длинных гудков и так и не дождавшись ответа, я положила трубку, после чего позвонила в коммерческий отдел при ее кондоминиуме в Бока-Рейтоне. Там мне сообщили имя управляющего в доме Элейн: Роланд Маковски, квартира 101. Он ответил сразу:

– Маковски слушает.

Я вкратце изложила ему, кто я такая и зачем мне нужно связаться с Элейн Болдт.

– Она в этом году не приезжала, – сказал тот. – Обычно в это время года миссис Болдт действительно бывает здесь. Видимо, у нее изменились планы.

– Вы уверены?

– Как вам сказать? Лично я ее не видел. Я здесь целыми днями, и она ни разу не попалась мне на глаза. Вот и все, что могу сказать. Возможно, она и была здесь, и мы с ней просто разминулись. Эта ее приятельница, Пэт, действительно здесь. Что касается миссис Болдт, то, говорят, она куда-то уехала. Возможно, Пэт знает, куда именно. Я только что видел, как она развешивает полотенца на перилах балкона, а это у нас не разрешается. Балкон не сушилка, так я ей и сказал. Она что-то фыркнула и исчезла.