Мнестало его жаль.

– А затем еще эта плита в кухне, – продолжал Гаррис. – Считается, что все несчастья в доме за последние два года происходили из-за этой плиты.

– Я знаю, с кухонными печами всегда история. У нас на каждой квартире, со времени свадьбы, дело с ними идет все хуже и хуже. А нынешняя наша плита отличается просто редким ехидством: каждый раз, когда приходят гости, она устраивает забастовку.

– Зато у нас теперь будет отличная плита, – без всякого воодушевления в голосе заметил Гаррис. – Клара решила сэкономить на том, чтобы сделать обе работы одновременно. Мне думается, если женщина захочет купить бриллиантовую тиару, то она будет убеждена, что избегает расходов на шляпку.

– А сколько будет стоить плита? – спросил я. Меня этот вопрос заинтересовал.

– Не знаю. Вероятно, еще двадцать фунтов. И затем рояль. Ты мог когда-нибудь отличить звук одного рояля от другого?

– Одни будто быпогромче, – отвечал я, – но к этой разнице легко привыкнуть.

– В нашем рояле, оказывается, совсем плохи дисканты. Кстати, ты понимаешь, что это значит?

– Это, кажется, такие пискливые ноты, – объяснил я. – Многие пьесы ими кончаются.

–Нутак вот: говорят, что на нашем рояле мало дискантов, надо больше! Я должен купить новый рояль, а этот поставить в детскую.

– А еще что? – спросил я.

– Больше, кажется, она ничего не смогла придумать.

– Когда вернешься домой, то увидишь, что уже придумала.

– Что такое?

– Дачу в Фолькстоне.

– Зачем ей дача в Фолькстоне?

– Чтобы провести там лето.

– Нет, она поедет с детьми к своим родным в Уэльс, нас приглашали.

– Может быть, она и поедет в Уэльс, но до Уэльса или после Уэльса она поедет еще в Фолькстон. Может быть, я ошибаюсь – и был бы очень рад за тебя, – но предчувствую, что говорю верно.

– Наша поездка обойдется в кругленькую сумму, – заметил Гаррис.

– Джордж преглупо выдумал.