– Деревья, сэр.

– А что еще?

– Мухоморы, сэр.

Учитель не был уверен относительно мухоморов, но, справившись с книгой, нашел, что мальчик прав.

– Совершенно верно. Мухоморы росли в этом лесу. Ну а что еще? Что бывает в лесу под деревьями?

– Земля, сэр.

– Нет, нет! Что растет еще, кроме деревьев?

– Кусты, сэр.

– Кусты. Очень хорошо. Теперь мы подвигаемся. Ну а что еще? – И учитель указал на мальчугана в конце класса, который думал, что лес от него еще очень далеко, изанималсяпоэтому игрой в крестики и нолики сам с собой.

Потревоженный и раздосадованный,ночувствуя, что обязан прибавить что-нибудь к лесу со своей стороны, он встал и отвечал наугад:

– Черника, сэр.

Это была ошибка. В поэме не упоминалось о чернике.

– Ну конечно: надоже было что-нибудь человеку есть! – сострил учитель. Раздался смех. Довольный своим остроумием, учитель вызвал мальчика со средней скамейки:

– Что было еще в этом лесу?

– Поток, сэр.

– Совершенно верно. И что он делал?

– Журчал, сэр.

– Нет, нет, это ручей журчит, а поток?

– Ревел, сэр!

– Верно. Поток ревел. А что заставляло его реветь?

Мальчик стал в тупик. Другой —который, правда, не считался у нас блестящим учеником – высказал свое предположение:

– Девушка, сэр!

Тогда учитель изменил форму вопроса;

– Когда поток ревел?

Тут пришел опять на помощь третий мальчик:

– Позвольте ответить! Поток ревел, когда падал со скалы.

Многих это удивило... Промелькнуло представление о том, какой жалкий был этот поток: не стоило реветь всякий раз, когда падаешь со скалы. Но учитель остался доволен ответом.

– Ну а кто жил еще в лесу, кроме девушки?

– Птицы, сэр.

– Да, птицы жили в лесу, а кроме птиц?