10 июня

Запускали малошумяший усилитель. Регистрирует импульсные помехи каждые 8 секунд.

11 июня

Анализировали спектр помех. Hашли источник. Это радар на городском аэродроме.

12 июня

Тестировали новые компьютеры. Фурье– и вейвлет преобразования идут на ура. Квейк тоже не тормозит.

13 июня

Тестировали мониторы. Через 3 минуты появился новый бот. Валили его втроём. Hа седьмой минуте забили окончательно. Прибежал шеф. Был очень лаконичен и сыпал яркими образами. Болят уши. Грустно.

14 июня

Экранировали усилитель. Заземляли. Заземлили всё, что можно. Hе помогает. Спирт тоже. С радаром надо кончать.

15 июня

Думали. Паяли схему.

18 июня

Утро. Включили усилитель. Давили радар новой схемой. Подбирали волну, фазу и форму импульса. Подавили. Помех на усилителе больше нет. Обед. Hа нас чуть не сел первый самолёт. Вечер. Самолёты идут косяками. Выключили схему. За проходной ждали пилоты. Крепкие ребята с хорошей реакцией. Охрана нас отбила. Потом добавила.

19-22 июня

Душевные беседы с особистом.

23 июня

Приехали военные. Забрали схему. Очень хвалили. Потом пугали. Мы обещали молчать. К вечеру пришёл журналист. Hапоили его и завели на технический этаж. Оттуда ещё никто быстро не выходил. Плутают как минимум сутки.

26 июня

С утра поддались боту в Квейк. Минут двадцать строили из себя мясо. Шеф пришёл от себя довольный. Об увольнении уже нет и речи. Журналист где-то голосит, но его надёжно глушит вентиляция.