– Пожалуй, я позвоню этому мистеру Грегсону, – объявил папаша и пошлепал к телефону.
– Но ведь мы уже оформили бумаги Уэйна вМидлсбро, – напомнила родительница.
– Если местные умники решили выбить из меня лишние денежки, этот номер у них не пройдет!
– Кроме того, если Гафин – лучшая школа в стране, Уэйна стоило бы туда записать, – подала голос сестрица.
– Что? А, ну да, конечно, – согласился папаша.
– А мое мнение кого-нибудь интересует? – наконец не выдержал я, на что последовало единодушное:
– Нет!
3. Маневры Грегсона
Три дня спустя я сидел перед кабинетом Джона Грегсона (верней, мистера Грегсона, как мне было велено его называть) и развязно болтал ногами, чтобы подействовать на нервы сидящей напротив секретарше, пока старый козел, в чьем доме я жил, общался с самим мистером Какашкой.
Не знаю точно, что там лепил папаша, наверняка что-нибудь вроде: «Не стесняйтесь лупить этого засранца, мы не станем поднимать шума», а Грегсон предпринимал попытки изучить генофонд семейки Банстед с обеих сторон. – Конфетку хочешь? – секретарша устремила на меня ледяной взгляд»
– Ага, кидайте.
– Прекрати раскачивать ногами и получишь конфету, – предложила она сделку.
– Не пойдет, – ухмыльнулся я и продолжил свою забаву, довольный тем, что сумел вызвать раздражение секретарши.
- А если я покажу тебе грудь, прекратишь?
Мои ноги замерли в воздухе.
-Чего?
Несколько секунд я молча таращился на тетеньку за столом, в то время как мой мозг проводил скоростную проверку системы на предмет исправности слуха, но прежде чем я успел что-либо ответить, дверь в кабинет открылась, и выкатились мои предки, не переставая пожимать руку Грегсону.
– Отлично, отлично,– как заведенный, повторял отец.