"Ева Браун может стать ценным агентом. Надо запросить Центр."

Штирлиц встал и высморкался в занавеску.

"Клюнет или нет?" – подумал Борман.

Штирлиц посмотрел в окно.

– Какие ножки у этой крошки! – сказал он стихами. – Смотри, Борман.

Борман достал из стола цейсовский бинокль и подошел к Штирлицу. Минуту они молчали. За это время Штирлиц успел обдумать слова Бормана, а Борман догадался, что Штирлиц его отвлек.

"Водит за нос", – подумал Борман и ловко перевел разговор в другое русло.

– Послушай, Штирлиц, у тебя такие обширные связи. Не мог бы ты достать такую маленькую умненькую собачку с острыми зубами?

– Могу.

"Этот все может", – подумал Борман.

Штирлиц часто обещал что-либо Борману, как, впрочем, и всем остальным, но никогда ничего не делал.

– Ну мне пора.

Штирлиц стрельнул у Бормана еще парочку сигарет, механически сунул лежащее на столе дело подмышку и направился к выходу.

Борман бросился к столу и резко открыл верхний ящик. Около самой двери в десяти сантиметрах от пола натянулась бельевая веревка. Штирлиц ловко перепрыгнул через нее и, сказав "До свидания", скрылся за дверью.

"Профессионал!" – простонал Борман.

Да, Штирлиц был профессионалом. Он не стал листать украденное дело в коридоре, как поступил бы на его месте английский или парагвайский шпион, а выбрал самое укромное место в Рейхе.

Войдя в ватерклозет, Штирлиц обнаружил свежую надпись "Штирлиц – скотина и русский шпион". Штирлиц старательно зачеркнул слово «шпион» и надписал слово «разведчик», а внизу приписал "Борман – тоже скотина".

Здесь же он пролистал дело пастора Шлага. В голове его начал созревать еще неясный, но уже план.

Глава 3

Провал агента 008

Когда Айсман разбудил его, был уже конец рабочего дня. Штирлиц вышел на улицу, вынул пачку «Беломора» и прикурил у часового. Чеканя шаг, прошла рота эсэсовцев, проехал бронетранспортер, обдав Штирлица брызгами.