— Чувствую… Действует…

Он шёл вперёд, крепко сжимая в лапке булавку и повторяя про себя: «Ничего не боюсь, никого не боюсь. Ничего не боюсь…»

И тут огненная стрела чиркнула по небу; весь лес наполнился таким грохотом, будто огромная гора раскололась на части и камни катились с вершины, сталкиваясь друг с другом.

Кузя уткнулся зайчихе в бок и обхватил голову лапами.

— Кузя, сынок, уж не потерял ли ты волшебную булавку? — спросила сына зайчиха.

— Нет. Вот она! — Кузя быстро вытащил булавку из кармана и показал маме.

И случилось невероятное! Размахивая булавкой, он вскочил на пенёк и закричал:

Волшебная булавка, помощница моя,

С тобой я стану храбрым,

Отважным стану я!

Мама! Ты же со мной, а я теперь никого и ничего не боюсь!

А вот кричать так громко, может быть, и не следовало. Зайчишкин крик услышала сова Гликерья — ночная разбойница. Днём она спала. Но от зайкиного крика проснулась недовольная и сердитая, завертела головой и, тараща большущие круглые глаза, стала искать нарушителя лесной тишины и своего сладкого дневного сна. Сидела она высоко на дереве. А с высоты разглядеть пень, а на нём маленького зайчонка ничего не стоило.

— Угу! Угу! — грозно заугукала сова Гликерья. — Вот ты и попался, жалкий хвастунишка! Посмотрим, как ты ничего и никого не боишься.

Она привстала на мохнатых лапах, замахала крыльями и хотела слететь вниз, чтобы сцапать зайчонка, но не тут-то было!

Кузя громко-громко забарабанил лапками по пню, как палочками по барабану. Потом вытянулся во весь рост и бесстрашно крикнул сове, выхватив из кармана волшебную булавку:

— Видишь, что у меня есть? Видишь?! Английская булавка волшебная! Кто ею владеет, становится бесстрашным, как лев, зорким, как орёл, и быстроногим, как гип… геп…