- Ну, что будем заказывать? - спросила девушка, переходя на деловой тон. Бинго набожно уставился в меню.

- Я, пожалуй, возьму холодную телятину, чашечку какао, ветчинный пирог, фруктовое пирожное и макароны. Тебе то же самое, Берти?

Я посмотрел на него с отвращением. Парень, который собирался набить свое брюхо этой гадостью, был моим другом много лет! Конец света!

- А может, возьмёшь горячий мясной пудинг и сладкое вино? - спросил Бинго.

Знаете, что я вам скажу? Просто страшно, до какой степени любовь может изменить человека. Передо мной сидел, небрежно рассуждая о макаронах и сладком вине, тот, кто в былые времена требовал от главного официанта "Клариджа", чтобы chef определённым образом приготовил ему sole frite au gourmet aux champignons, и грозил отправить блюдо обратно, если что-нибудь будет не так. Ужасно! Отвратительно!

Булочка и чёрный кофе показались мне единственными продуктами в меню, которые не были специально приготовлены самыми злобными членами семьи Борджиа, поэтому я сделал свой скромный заказ, после чего девица упорхнула.

- Ну? - восторженно спросил Бинго. Насколько я понял, он интересовался моим мнением об официантке-отравительнице, которая только что нас покинула.

- Очень приятная девушка, - сказал я.

Казалось, мой ответ его не удовлетворил.

- Разве ты не видишь, что прекраснее её нет на свете? - мечтательно произнёс он.

- О, конечно, - ответил я, чтобы успокоить придурка. - Где ты с ней познакомился?

- На благотворительных танцах в Кембервиле.

- Что, разрази меня гром, ты делал на благотворительных танцах в Кембервиле?

- Твой камердинер, Дживз, попросил меня купить несколько билетов. Деньги пошли в какой-то там фонд.

- Дживз? Не знал, что он этим занимается.

- Ну, наверное, ему тоже иногда хочется отдохнуть. По крайней мере он там был и отплясывал за здорово живёшь. Сначала я не хотел идти, а потом решил потанцевать ради смеха. Ох, Берти, страшно подумать, чего я мог лишиться!