Дикарь (он был явно не окольцован, его яд не смогли идентифицировать с ядем известных неприрученных особей; его потом отловили и назвали Черчиллем) конечно целил под левую лопатку поближе к сердцу, но попал в поясницу — Гумилев почувствовал острый укол, как от жала пчелы или мухи цеце.
Он поначалу очень развеселился, потому что приступ радикулита от укола сразу прошел, зато Кюхельбекер, наоборот, немедленно восстал из спячки и пришел в боевое состояние впервые после отъезда из Петербурга. Надо же! Но вскоре натуралисту стало не до смеха — ствол опух, выпирал из всех разумных границ, увеличился в три раза против обычного, загнулся в судороге, как боевой лук, стал похож на знаменитую восьмивершковую
Шкфорцонф невыносимо страдал — было больно, к тому же он боялся ампутации своего достоинства.
Мучения херра Шкфорцонфа продолжались две недели.
Больному казалось, что ему между ног всадили громадный дрын, он пустил корни и требовал всех телесных соков. Наконец, болезнь начала отступать, но тут, в придачу, вконец обессиленного Шкфорцопфа прямо в «Hotel d'Ambre-Edem» ограбили какие-то дофенисты
— Храни меня, твой талисман?.. — догадался Гамилькар и в ответ снял с пальца золотое кольцо и подарил Гумилеву постоянный пропуск в Офир.
ГЛАВА 19
АПОРИЯ ЗЕНОНА В СОВРЕМЕННОМ ВАРИАНТЕ: ВОДКА НИКОГДА НЕ ЗАКОНЧИТСЯ
Утверждение: Ахилл никогда не догонит черепаху. Доказательство: когда Ахилл пробежит 100 метров, черепаха проползет 1 метр. Когда Ахилл пробежит 1 м, черепаха проползет 1 см. Когда Ахилл пробежит 1 см, черепаха проползет 0,01 см. И так до бесконечности.
Отец Павло, как лицо, облеченное саном, нахально попытался взять водку без очереди, но был очередью жутко обсквернословлен и оконфужен. Пришлось искать крайнего.