С криком сторожа. Ик— к…

Майор Нуразбеков остановил Гайдамаку мягким движением ладони и сам продолжил:

А потом мечтой упрямой Вспомню в сотый раз Быстрый взгляд красивой дамы, Севшей в первый класс. Что ей, гордой и далекой, Вся моя любовь? Но такой голубоокой  Мне не видеть вновь!

— Концовку помните, командир? — спросил майор. Гайдамака и концовку. помнил:

Расскажу я тайну другу, Подтруню над ним, В теплый час, когда по лугу Вечер стелет дым. Ик— к… И с улыбкой безобразной Он ответит: «Ишь! Начитался дряни разной, Вот и говоришь». Ик-к…

— «Ишь!» — смакуя, повторил майор Нуразбеков. — «Начитался дряни разной, вот и говоришь». Стихотворение как называется?

— Не помню.

— «Оборванец».

— Точно! Ик-к…

— Попейте еще водички. Где вы его прочитали? Гумилев ведь у нас почти не издается.

— Не помню. Прочитал где-то.

— И сразу запомнили?

— Ну.

— Поэзию любите?

Гайдамака опять удивился сам себе и ответил:

— Не так чтобы… Наверно, само запомнилось. Вот и вы помните. Очень уж этот «Оборванец» хорош. Как у Есенина. А есенинские стихи сами запоминаются.

— Ага. Есенин. Понятно. Но я не точно поставил вопрос. Я спросил: знаете ли вы Николая Гумилева? Вы ответили: да, вы знаете стихи Николая Гумилева. Теперь я уточняю вопрос: знакомы ли вы с Николаем Гумилевым?

— Как можно? — удивился Гайдамака.

— А что? Нельзя, что ли, водить знакомство с Николаем Гумилевым?