И в руке сжимал свой атомный кинжал.

Вот кричит он у пластмассовых дверей:

"Открывайте мне, товарищи, скорей.

Надо, братцы, положить конец войне,

Хулиганят марсиане на Луне -

Предают жилища лунные огню.

Пропадают селениты на корню!"

Светят в небе лунном звёзды-фонари…

А в ответ ему ни слова изнутри…

Он вокруг ракеты быстро обошёл,

Щель в углу иллюминатора нашёл.

Вставил штурман в щель свой атомный кинжал

И ногой могучей на него нажал.

Что-то треснуло в пластмассовом окне,

И дыра образовалася в стене.

Штурман быстро сунул голову в пролом,

И увидел он невиданный разгром:

Осциллографы дымились по углам,

Ватерпас был перекушен пополам,

Два локатора расплющены в блины,

Перегрызен светопровод у стены,

В коридоре кто-то зеркало разбил,

А товарищей по службе след простыл,

И исчез уютный запах колбасы,

Только тикают нейтронные часы…

Штурман бегает по комнатам, крича,

Вспоминает командира и врача,

Повариху белокурую зовёт,

Но никто ему ответ не подаёт…

И тогда он догадался, весь в поту:

Марсиане побывали на борту!

Видно, дверь они осилить не смогли

И в дыру от метеора заползли.

Повариху, командира и врача

Взяли в плен они и дали стрекача.

Лишь одно они оставили внутри -

Марсианское словечко на двери.

Видно, стыд им, хулиганам, нипочём,

Выжгли слово это лазерным лучом.

Мы не можем это слово привести,

Даже в русском нам такого не найти.

Штурман снова сжал свой атомный кинжал,

И помчался в корабельный арсенал.

Там он бомбу водородную берёт,

И цепляет на плечо гранатомёт,

Возвращается к раскрытому окну