Опанас притопил педаль газа, и милицейский джип разогнался до ста десяти километров в час. – Но жена недовольна, – громко продолжил бодрый шофер. – Теперь, говорит, после Молодцова в туалет часа три зайти нельзя. Выхлоп, как от холодного дизеля. – Котлеткин заржал.

Тяжелый случай! – согласился Недорезов, перекрикивая рев двигателя и дребезжание изношенного кузова “козелка”.

УАЗ пролетел мимо нескольких искореженных машин, перегородивших половину дороги. Возле места аварии суетились спасатели и сотрудники дорожно-постовой службы.

– Вот ведь какая она – дорога! – Пенек повернулся всем телом назад, отпустив руль и яростно тыча пальцем в боковое окно. – Секунда – и нет тебя!

“Козел” вильнул влево.

Опанас, не глядя, схватился за разболтанную баранку и выровнял машину на трассе, не переставая разглядывать быстро удаляющуюся мешанину покореженного металла, осколков стекла и развороченного пластика.

– Ты что, кореша своего на цепи от бачка в подземелье держишь? – попытался пошутить Игорь, когда они спустились вниз, но Рогов лишь отмахнулся: дескать, сейчас все сам увидишь.

Затем, чиркнув спичкой, он осветил заваленное ломанными стульями помещение:

– Ага, теперь налево. Смотри, осторожно! Васе удалось обнаружить на стене выключатель. Сырой, пахнущий гнилью и мышами подвал осветился тусклым электрическим светом, после чего оперативник уверенно направился к стоящему в стороне огромному контейнеру или, возможно, шкафу-купе, рядом с которым было свалено несколько непонятных ящиков и приборов.

– Так, – сосредоточенно произнес Рогов, склоняясь над этим хламом, – сейчас мы его быстро наладим. Только бы розетку найти, – и деловито начал двигать ящики.

Но Игорь явно не разделял трудового энтузиазма товарища, с сомнением наблюдая, как тот начинает подсоединять к шкафу какие-то провода.