Прежде чем приступить по моей просьбе к рассказу об этом некогда знаменитом деле, вошедшем в уголовную хронику под условным названием «Белая чайка», доктор права Александру Тудор сделал следующее, по его словам, абсолютно необходимое вступление, смысл которого полностью открылся мне лишь в конце этой, в некотором роде поучительной, истории.

«Главная проблема криминалистики и нашей профессии, по существу, состоит в искусстве сопоставлять алиби. Особенно важно определить их место в структуре каждого конкретного дела с такой точностью, чтобы всякая возможность ошибки была исключена, что иногда крайне трудно или просто невозможно. Искусство установления алиби стало, впрочем, одной из главных тем классической детективной литературы, литературы загадок, воплотившись в произведениях таких мастеров жанра, как Станислас-Андре Стееман, Агата Кристи, Эллери Куин и другие, и, пожалуй, доведено до абсолюта или до абсурда в скорее двусмысленном, чем двуплановом романе Патриции Хайсмит „Неизвестный из Северного экспресса“. В этой книге автор ставит своих героев, двух незнакомых людей, случайных попутчиков и соседей по купе Северного экспресса, в положение, когда каждый из них в определенный промежуток времени способен уничтожить другого, что лишает покоя обоих, превращает классическую проблему алиби в неразрешимую. К счастью, это лишь литературный вымысел. Не стремясь во что бы то ни стало выпятить оригинальность дела „Белая чайка“, должен сказать, что проблема алиби предстала в нем в столь необычном и удивительном ракурсе, что в известный момент разрыв между фактами и алиби вынудил нас сделать вывод, что жестокие, кровавые действия просто-напросто не могли иметь места, поскольку совершить их было некому. Уже после первого убийства мы столкнулись с почти непреодолимыми препятствиями, а второе и особенно третье, самое непонятное, заставило нас, пожалуй, впервые в жизни остро ощутить нереальность всего происходящего.