- Главный специалист... - и опять в трубку, - Да. Все так и есть. Случай тяжелый, именно тот... Почему тороплюсь? Ничего не тороплюсь, все есть, имя и рисунки... Хорошо, хорошо, не волнуйся, спрошу, - и, прикрыв ладонью трубку, посмотрел на Кольку: - Письмо получали, юноша?

- Письмо, - гордым и презрительным голосом сказал Колька, - Получал. А от кого, не скажу... Понятно!

- Какое письмо, сынуля? - забеспокоилась мама, - Ты скажи дяде врачу, он тебе помочь хочет.

- Мама! Неужели ты еще не увидела, что это кровавый испанец!

- Коля, господи... - мама чуть не заплакала.

- Нет, я в СССР родился, - и врач стал продолжать говорить в трубку. - Ну вот, письмо он получил. Я ж говорил, что это он.

В кабинете потемнело, потому что у окна остановилась толстая черная туча. Врач обернулся в окно и сказал:

- Будет шторм.

- Ветерок, - сказал Колька, радуясь, что штаны отклеились.

Врач повесил трубку и сказал маме:

- Ничего страшного. И ничего я ему прописывать не буду. Я против этого. Знаете, лекарства, химия до добра не доведут. Я ему процедуры назначу. Специальные такие процедуры есть. Вот вам направление.

Он дал ей мятый листок с надписями на латыни и улыбнулся толстыми обветренными губами, и около глаз его с трудом собрались морщинки:

- Вот. Это он будет принимать ежедневно. Я сам прослежу. А вы не волнуйтесь...

- Спасибо, спасибо огромное! - сказала мама.

- Что вы, это вам спасибо!

- Ну, - близоруко прищурилась мама и вежливо сказала, - Мне-то за что! Что вы, что вы. И... а вы, простите меня, зачем вам пистолет?

Колька впервые с интересом взглянул на этого испанца, как тот выкрутится из этого вопроса?

- Это, - врач нахмурился и отвернулся и пробурчал, - Это просто игра такая. Вот.

Мама пошла в гости. Наступил вечер, и мама сказала Кольке, что идет к тете Люде. Впрочем, все равно.