А самые отчаянные и способные двоечники прятались под партой, и когда всех выгоняли на переменку, вылезали в пустом классе из-под парты и вырезали двойки из (представляешь?!) классного журнала. Мало того, наиболее талантливые и одаренные двоечники вписывали туда тройки, а то и четверки.

Так что очень скоро успеваемость в нашем классе резко повысилась. Нас стали ставить другим в пример. А учеников в классе много. Много хулиганов. И учителя плохо помнили кому что ставили.

Скорее всего, мы попали бы в число лучших классов Москвы по успеваемости, если бы…

А о том, что «если бы», напишу в следующем письме, чтобы тебе интереснее было бы ждать его.

Я хочу написать тебе несколько суровых и воспитательных писем. Это первое из них.

А потом мы с тобой составим из них целую книгу и издадим большим тиражом.

Привет Надежкину, Киселеву, Лене Цыгановой, Ане Двинской и тем двум загадочным молодым людям, в которых вы с Цыгановой втрескались.

Письмо второе. Равнение на Качалова. Взрывы в подворотне

И так, Таня, наш класс чуть-чуть не стал чемпионом по успеваемости в районе, а то и в городе. Но тут…

Был у нас ученик — Слава Качалов. Самый главный двоечник. Но очень способный вырезальщик. У него была мама. Несчастная женщина, замученная жизнью, мужем и сыном. (К тому времени Слава достиг двух метров роста и начал бриться.) И вот Слава решил ее обрадовать. Ко дню маминых торжеств он решил стать круглым отличником.