– А кто заплатит по счету? – поинтересовался Марко в дверях.
– Заплатит? – переспросил Маркус. – Опять? Ты же знаешь – у нас это слово не употребляется.
– О да, я понял это, когда ты стащил сигары для старичка! – ехидно заметил наш яснианец. – А теперь ты будешь уверять, будто можно прийти в кафе, вкусно поесть, вытереть рот салфеткой, и робот…
– Благодарю вас! Приходите еще! – как раз в этот момент с нижайшим поклоном произнес робот.
– Придем, когда будем поблизости, – вежливо пообещал Маркус, пожимая одну за другой все двенадцать его рук.
– Не забывайте меня, – попросил робот. – А то я скучаю без работы. Видите, в кафе почти пусто.
– Мы обязательно придем сегодня вечером, – пообещал Маркус, видимо, чтобы успокоить его.
Мятная гроза
На этот раз ребята не воспользовались движущимся тротуаром, а решили пройтись немного по тихим, безлюдным улочкам. Однако и здесь дома были празднично украшены сотнями больших и маленьких новогодних елок. Они росли даже на крышах. И Марко стало казаться, что он пробирается под ветвями одной огромной новогодней елки. Он то и дело задевал что-нибудь головой – серебряный колокольчик, звездочку или еще какую-нибудь милую безделушку, все назначение которой только в том, чтобы внести в дом веселье.
– Городские власти, должно быть, потратили уйму денег на все эти украшения! – заметил Марко.
– Ни одной копейки, – ответил Маркус. – Хотя бы потому, что у нас давно отменены деньги. А украшения растут сами собой. Разве не видно?
Марко внимательно посмотрел на ближайшую елку и убедился, что лампочки, колокольчики, шарики и все прочие игрушки действительно росли на ветвях, как плоды, – каждый на своем черенке.
– И расцветают под Новый год? – спросил Марко.
– Нет, они цветут круглый год. У нас ведь каждый день новогодний, я уже тебе говорил.
– В таком случае вашу планету можно назвать Планетой Новогодних Елок, – решил Марко. И с удивлением подумал, что завидует Маркусу. Ведь на старой-престарой Земле таких деревьев, насколько помнит человечество, никогда не росло, кирпичи есть нельзя, а если хочешь посидеть в субботу вечером в траттории и поесть принесенную с собой в узелке еду, нужно заплатить за бумагу, которую официант постелет на стол.