Корабли обогнули Европу, пересекли Атлантический океан и после стоянки у берегов Бразилии пошли к югу, навстречу опасностям и приключениям.

Сначала моряков удивляли фонтаны, выпускаемые китами, птицы, разгуливавшие по плавающим островам из переплетенных между собою бурых водорослей, альбатросы, в мощном и неутомимом полете сопровождавшие корабли. Удивляло их и то, что декабрь считался в Южном полушарии самым теплым летним месяцем. Впрочем, теплым он был относительно: снег почти не таял.

Экспедиция открыла несколько скалистых островов. Им дали имена офицеров «Востока» и «Мирного», первыми заметивших землю в океане. Один из островов был окутан черными тучами густых и смрадных паров. Их извергал кратер вулкана. Его тепло согнало снег и лед с красных и желтоватых склонов.

Моряки убедились, что земли в Южном океане похожи на острова других морей. И неудивительно, что когда в январе 1820 года корабли подошли к странному ледяному барьеру, не схожему ни с обычными полярными льдами, ни со скалистыми уступами недавно открытых островов, начальник экспедиции не мог твердо решить: суша ли перед ним, закованная в ледяной панцырь, или пловучие льды невиданной величины и формы.

Мало кто на корабле «Восток» знал о том, что матрос первой статьи Егор Киселев вел дневник. В грамоте матрос был не очень искушен, но старательно записывал все самое главное.

«Месяца генваря 1820 года. …Премножество льдов, такие есть престрашные горы ледяные сажен по 30-ти сверх воды. И самые опасные места… И престрашные бывают штормы, и престрашный холод, и часто бывают шквалы со снегом».

Киселева не мучили сомнения по поводу природы гигантской ледяной стены, и он заносил в свой «памятник» более мелкие текущие события.