Слабые студенистые существа, плохие пловцы, они перехитрили шторм. Они заранее уплыли подальше от берега и там погрузились на глубину.
Кто предупредил медуз?
Никто. Они сами услыхали приближение шторма.
У каждой медузы снизу на «животе» есть колбочка. В ней плавают камешки. Когда, обгоняя ветер, издалека приходят колебания воды — первые вестники шторма, камешки начинают качаться. Их движения воспринимает чуткий нерв. Сам шторм предупреждает медузу: «Берегись!»
Есть наука, которая учит людей строить машины и приборы, подражая живой природе. Она называется «бионика».
Ученые построили прибор, напоминающий колбочку медузы. Опустили его в воду, и он… заработал. Приход шторма этот прибор предсказывает за пятнадцать часов.
— Плыл я как-то пассажиром из Владивостока в Инчхон. Лес, бумагу везли… Вот на корабле были чистота и порядок!
— Бывал я на этом судне. Убирают его. Только настоящую чистоту, батенька, не тут искать надо! Ходил я юнгой на паруснике. Как выскоблим его, аж светится! Ляжешь в белой рубахе на палубу и лежишь. Ни пятнышка! Что там ваше судно!..
Чистота — это хорошо. Но почему старый моряк в разговоре упорно называл пароход судном, а не кораблем? Не все ли ему равно?
Не все.
Моряки — народ строгий. Каждому слову у них свое место.
Корабли у них — военные да парусные, суда — все остальные.
Подводная лодка — корабль. Парусный бриг — тоже.
А вот пассажирский турбоэлектроход — судно. Лесовоз, рефрижератор, китобоец — суда.
Прежде чем сказать «судно» или «корабль», подумай!
— Интересно, куда это реки спешат?