Учитель складывал тетради в шкаф, перечитывая названия: "О стереометрии бочек", "О движении материков", "Теорема Ферма". Он был в прекрасном расположении духа, очень доволен результатами. Сколько работы задал ему любимый класс! Придется потратить все свободные часы на проверку тетрадей восьмиклассников... Как они себя называют? "Обыкновенные гении"... Смелость и даже некоторая дерзость в творчестве приемлемы, а вот скромности этим гениям явно не хватает... На столе, вопреки, кажется, всем законам науки, горела лампочка. Таратар сделал несколько витков вокруг стола. В чем тут дело? Что за двигатель придумал Сыроежкин? Обращаться к другим учителям Таратару не хотелось. И так в школе ходят легенды о его классе, об Электронике, Рэсси. Не хватает еще истории о вечном двигателе. И все же консультация была необходима. Таратар уложил двигатель в коробку, спрятал в портфель. - Обыкновенные гении, - бормотал он, - вздумали подшутить над обыкновенным математиком. Но есть высшая инстанция - эксперимент. Так говорил мой учитель, а он, как я давно уже убедился, был мудрец.
Второе апреля. ОТНЫНЕ И ВПРЕДЬ...
Таратар пришел в Институт физики и сказал, что хочет показать прибор. - Зайдите в двести девятую комнату, - посоветовала секретарша. В комнате под этим номером молодой сотрудник стучал на машинке. Стол его был завален бумагами. Физик мельком взглянул на Таратара. - У меня двигатель... - начал Таратар. - Понятно, - сказал физик и указал пальцем на плакат. Плакат был во всю стену, но Таратар сразу его не заметил.