Альт лишь тряхнул гривой, будто сомневаясь в честности колодезного Гуги, и ловко ступил копытом на солнечного зайчика.

– Мне нужно хоть что-то узнать про дом с ожившей картины, – сообщила Эля. – Я слетаю к Корифее…

– Здравая мысль! – заржал пегас и вновь погнался за проворным солнечным зайчиком.

Немедля Эля отправилась к подруге. По дороге она все думала, как же преподнести свою загадочную историю, чтобы Кори не усомнилась в ее правдивости? Пожалуй, если бы самой Эле кто-то рассказал про ожившую картину, она бы решила, что это выдумки или очень реалистичный сон. Но не доверять собственным глазам было слишком неосмотрительно: Эля точно знала, что безликая фигура настоящая, а вовсе не приснившаяся и не вымышленная. Хотя сейчас, когда под солнечными лучами раскрывались головки цветов, ночные страхи казались совсем далекими и маленькими, как уносящийся вслед за ветром. Эля пролетела мимо Мудрого камня, решив не тревожить его сон, – все равно разобрать его речи удавалось немногим. И вот уже дом Кори был совсем близко. Во дворе прогуливался Юнк, на его рог было наколото крупное краснобокое яблоко.

– Доброго дня, Юнк, – приветствовала единорога Эля.

– Пйиветствую тебя, Элегия! Попйобуй яблоко! – Юнк наклонил голову. – Я как яз собияю спелые плоды.

Эля благодарно стащила с рога Юнка яблоко, в котором уже не было сердцевины с косточками.

– Кори дома? – спросила она и откусила кусок от самого красного бока.

– У Койи уйок, – ответил Юнк. – Но ты пйоходи…

Эля зашла в дом. Кори сидела в своем любимом кресле с книгой в руках. Вокруг нее, прямо на полу, расселись несколько врунов и два чертяки.

– Это буква «В»! – рассказывала Корифея.

Она развернула книгу к ученикам и уперла палец в крупную букву «В», похожую на две сломанные баранки.

– Какая это буква? – тут же переспросила она у одного из врунов.

– У-у-у, – прогудел врун, почесав за ухом.