— Что повелите, Амальфея Никитишна? Какую изволите задачу задать?

Она отвечает:

— Вот вам моя задача — пойдёте по городу Киеву, найдёте девчонку Аниску и сюда притащите.

Они говорят:

— Девчонок Анисок-то много, Любую тащить или у ней есть примета?

— А у ней примета — семеро братьев.

Вот идут два молодых дружинника, пересмеиваются, плечами пожимают. Ведь выдумают же задачу — найди иглу в копне сена, головастика в Днепре-реке, девчонку Аниску в огромном городе!

Идут они по улице, прохожих девчонок за косы хватают, спрашивают:

— А как тебя по имени звать?

Девчонки в слёзы, визжат:

— Ой, отстаньте!

Народ собирается, осуждает.

— Это что за безобразие! — хмурятся, сейчас шею намнут.

Притрухнули молодые дружинники, перестали девчонок за косы дёргать, идут, призадумались.

Сами не заметили, как вышли из городских ворот. А за теми за воротами кузнецы свои домницы поставили. Стоят домницы на высоком глиняном основании, внизу печи в круглые дыры вставлены сопла мехов — мужики-домники беспрерывно нагнетают воздух: железо варят. А железо-то, будто тесто из квашни ползёт, густое, мутное, стекает в гнёзда, остывает круглыми крицами — пар, жар, угар в лицо пышут. А подле домниц кузницы. Кузнецы с подручными то железо проковывают, куют и лопаты, и мечи, и топоры, и ключи, и шлемы, и стремена, и ножницы. И лошадей тут же подковывают.