Тут Аниску сняли с седла, внесли в дом, положили на скамью и оставили одну.

Она повозилась, повертелась, выпуталась из чёрного плаща. Смотрит — помещение большое, вроде пиршественного зала, а порядку в нём не видать. На каменных стенах богатые ковры, а сквозь прорехи сквозняки дуют. По углам паутина нависла пыльными шатрами. На полу ногами наследили и не подметено — объедки валяются. Видно, где пировали, там кости на пол плевали, а нет того, чтобы за собой прибрать. И что это за люди в таком свинюшнике живут?

Тут в дальнем конце залы открылась дверь, и вошла дама в богатом, расшитом гербами платье. За ней семенил маленький паж, в обеих руках нёс тяжёлый шлейф её платья.

Увидев Аниску, дама ускорила шаги, и паж споткнулся о большую говяжью кость. Дама обернулась на ходу, ударила пажа по лицу и, подбежав к Аниске, низко присела и сказала:

— Приветствую вас, прекрасная принцесса! Надеюсь, вы доехали благополучно?

Аниска, сообразив, что и как сказала бы Анна Ярославна, ответила небрежно:

— Ваши слуги непочтительные грубияны.

Дама испугалась и быстро спросила:

— Это который же? С рыжей бородой или с сивыми усами? Лысый или плешивый?

Аниска гордо ответила:

— Стану я глядеть на их лица! Вы, может быть, не знаете, что я невеста французского короля!

Вы ошибаетесь, прекрасная принцесса, — ответила дама с хитрой улыбкой. — Вы теперь невеста моего сына, графа Рауля.

И в самом деле дама была похожа на Рауля, только, конечно, постарше. Такая же лупоглазая и нос крючком. Дама заискивающе улыбалась и говорила: