Алеша запрыгал перед прилавком, пытаясь привлечь к себе внимание, но продавщица задумчиво смотрела по сторонам. Алеша застучал по стеклу витрины. Не глядя на него, продавщица стала подавать на прилавок одну игрушку за другой: и мяч, и пистолет, и конструктор — все, кроме железной дороги.

Алеша рассердился, замахал руками, затопал ногами, но продавщица не обратила на это никакого внимания. Алеша снова выбежал на улицу.

Ничего, скоро он вернется и устроит ей скандал. И пусть она попробует тогда не дать ему железную дорогу.

К врачу! Немедленно к врачу!! Горло лечить!!!

Алеша вскочил в подошедший трамвай, даже не подумав о талонах. Какие могут быть талоны, когда все можно? Ха-ха! Можно даже места не уступать. Вот это жизнь! Без билета едешь, на любом месте сидишь. Ой, надо было вообще на такси сесть. Эх, не догадался.

Трамвай мчался на бешеной скорости, словно поезд метро. Поликлиника была недалеко, но трамвай почему-то проехал нужную остановку.

— Эй! — начал стучаться к водителю Алеша. Но тот понял его стук как одобрение и решил показать высший класс. И, конечно, был прав: ведь и ему все можно, а не только Алеше…

Трамвай, как автомобиль у каскадера, стал скользить то на левых, то на правых колесах. Алешу бросало от кресла к креслу, пока трамвай внезапно не затормозил, завизжав на всю улицу: водитель заметил автомат с газированной водой.

Пока водитель пил, Алеша выскочил из трамвая. На ближайшей скамейке он наконец отдышался, утер тот со лба и пешком двинулся обратно к поликлинике. О том, чтобы сесть в трамвай или в такси, страшно было даже подумать. Вдруг опять попадется такой же лихач?

В поликлинике он решил не записываться на прием (раз все можно!), а бросился прямо на второй этаж. Нашел кабинет своего участкового врача. Как ни странно, но перед дверью никакой очереди не было. Алеша откашлялся (а вдруг уже прошло?), потом широко распахнул дверь.