И на тебе! Ванна опрокинута, а клетка пуста. Тревога!

И снова прозвучал сигнал боевой тревоги. И снова один за другим вышли в море катера. В этот раз все матросы были в противогазах, чтобы в сонном виде не уплыть в Турцию.

И снова поднялась на гидравлических столбах березовая роща с тренированными воронами. И вылетели в небо самолеты, переходящие в подводные лодки.

Да только найти в море дельфина - это все равно, что найти иголку в стоге сена, особенно ночью.

"Только бы они не поменяли синий луч на красный или какой-нибудь другой", - с тревогой думал Тристан.

Но все оказалось в порядке. Слегка бликанула в темноте его фосфоресцирующая жилетка, и он понял, что луч уже позади.

- Теперь строго на запад. Двести километров и все. Там нейтральные воды.

Напрасно бороздили воду в бухте катера. Напрасно посыпали море порошком гидропланы. Ушел Тристан.

Долго стучал кулаком по столу полковник Моржов.

Долго сдерживал слезы в ночи героический Стукач.

Только Павлова и Сидоров радовались и всю ночь улыбались кончиками клюва.

На исходе двухсотого километра Тристан услышал в небе рокот мотора. Звук был знакомый. Именно в этом самолете Тристана доставили в эту точку.

"Во, наши работают! - подумал Тристан. - Не успел я от русских вырваться, за мной уже самолет прислали".

Однако самолет не стал снижаться, чтобы подобрать Тристана. Наоборот, он выбросил какой-то продолговатый предмет весь в рогах и, не торопясь, направился к линии горизонта.

Как ни прыгал Тристан, как ни вставал на хвост, как ни кричал ультразвуковым криком, ничего не помогло.

"Ладно, посмотрим, что они мне сбросили".

И вдруг он услышал:

- Руки вверх!

Какое-то очкастое чудовище направляло на него кончик ракеты. И вдруг чудовище прыгнуло к Тристану и стало обниматься.

- Тристанчик, дорогой! Тристанище!