Первым и, пожалуй, самым сложным этапом акции было выманить клятого повара в Москву. Дальше – легче. Но как это сделать? Заставить Грека бросить все и приехать одному, без семьи? Над этим вопросом стоило помозговать отдельно…

Ноги сами принесли его к тяжелой лакированной двери подъезда. Пальцы привычно пробежали по консоли кодового замка. Киржач пешком поднялся на четвертый этаж, открыл ключом бронированную дверь квартиры и… замер.

Его чуткий к запахам нос сразу уловил витающий в воздухе прихожей аромат женских духов, а слух – приглушенные звуки и громкое сопение, доносящиеся из просторной гостиной с камином. Сально ухмыльнувшись и нисколько не таясь, Киржач прошел по длинному, освещенному настенными бра коридору, толкнул дверь и, привалившись плечом к косяку, стал наблюдать за тем, как его верный сторожевой пес по кличке Черт с грудным рыком сильными толчками на черном кожаном диване охаживает стройную, длинноволосую и совсем еще юную полногрудую блонди. Из одежды на аппетитно изогнувшейся в экстазе, сладко подмахивающей крутыми бедрами в такт резким фрикциям Черта молоденькой шкурке были только тоненькая золотая цепочка с крестиком и ярко-красные туфельки на высоких шпильках. Красотка выгибала спинку, как кошка, запрокидывала голову, постанывая от кайфа. Одной рукой она опиралась о подлокотник, второй яростно мяла свою шикарную грудь. Киржач даже забеспокоился, не останутся ли у нее синяки. Черт трудился, как поршень, его твердый зад ритмично двигался между широко расставленными ногами блондинки.

Картинка была та еще. Киржач ослабил узел галстука, сглотнул подступивший к горлу ком, ощущая, как от этого зрелища, словно сошедшего с глянцевой картинки порножурнала «Кнайф», у него учащается сердцебиение и наступает эрекция. С трудом оторвавшись от созерцания сладкой парочки, которая стремительно неслась к экстазу, Киржач скользнул взглядом по огромной комнате. Одежда, снятая наспех, разбросана повсюду – на полу, на обоих креслах, даже с каминной полки лифчик свисает.