- Не хочу я так, - бормочет Анька. - Он не должен...

Только разве Михаил Павлович послушается?

Что же делать?

Анька сидит за диваном, сжавшись в комочек, и думает, думает - изо всей силы...

И додумывается!

А если - напополам?!

Если Анька тоже будет - все несчастья близко к сердцу? Ведь тогда Михаилу Павловичу на половину меньше останется, вот что!

Она представляет себе черные, зубастые чужие несчастья, которые только и ждут, чтоб кинуться... Больно, наверно, будет... А Михаилу Павловичу не больно?!

"Ладно, уж как-нибудь вытерплю! - решает она. - Все, с завтрашнего дня!" - И вылезает из своего убежища.

Надо скорее бежать в переодевалку, Мотя ее, наверно, потерял, ругаться будет.

Мчась по коридору, она передумывает: не с завтрашнего дня, а с сегодняшнего.

Чего уж тут тянуть...

УМНЫЙ ПЕРВОКЛАСНИК

Анька вбегает в переодевалку. Все давным-давно уже там, но переодеваться еще никто и не думает. Все кричат, волнуются, мальчики - с одной стороны фанерной перегородки, девочки - с другой. Разве они знали, что у Михаила Павловича больное сердце? Он же никому ничего не говорил!

- Он же летом в больнице лежал, помните?!

- А может, у него все-таки не сердце?..

- Я своими ушами слышал! - кричит из-за перегородки Балабанчик. Подтверди, Айрапетян!

Яша подтверждает про трещину в сердце. Юным актерам не по себе. Славу Зайцева отправляют на улицу, в телефон-автомат, звонить маме-врачу. Слава - круглый отличник и зануда: никогда не дерется, не грубит. В общем, образцово-показательный ребенок, за это, честно говоря, в театре его недолюбливают. Но сейчас его ждут с нетерпением, как самого лучшего и необходимого человека.

Вот наконец он возвращается.

- Что она сказала? - кричат все.

- Плохо... - сообщает Слава Зайцев. - Это нельзя вылечить...

Становится тихо-тихо.

- Поэтому - главное: никаких волнений. И побольше положительных эмоций.