— Я хочу, чтоб он был умный.

— Он не глупее тебя.

Боба подбежал ко мне и шёпотом спросил:

— Отдашь звёздочку?

— Дам только подержать, — сказал я. — Такую звёздочку даже подержать почётно.

— Дядя родился в Ленинграде! — вдруг выпалил Боба.

— Не совсем, оказывается, забыл, — сказал я.

Бобу словно прорвало:

— Два ордена Красного Знамени, два ордена Красной Звезды…

— Молодец! — сказал я.

— …три медали «За отвагу», три медали «За боевые заслуги»… — шпарил он без запинки.

Мама взяла Бобу за руку, он вырвался.

— Гвардии майор!!! — орал он откуда-то уже с веранды. — Родился в Ленинграде! А сейчас на фронте!!!

Я догнал его, сунул ему под нос звёздочку и спросил:

— Чья это звёздочка?

И Боба сказал:

— Папина.

Такого ответа я никак не ожидал. В это время завыла сирена, и мама стала быстро одевать Бобу и велела мне переодеться. Несколько раз уже были тревоги, и всё учебные. Я не спешил, а мама торопила. Сирена выла всё сильней и сильней. Я думал, как бы сбежать — поглядеть, что творится на улице в это время. На лестничной площадке собрались все соседи. Некоторые были с узелками, а семья дяди Гоши с подушками. Дежурный повёл за собой всю компанию. Я держал за руку Бобу, и он подвывал сирене.

— Верно ты сообразил, — сказал я Бобе.

Он прекратил выть.

— Чего сообразил?

— Звёздочка, конечно, папина, — сказал я, — при чём здесь дядя…

Сирена продолжала выть.

Я протянул Бобе тёплую, согретую в ладони звёздочку и задумался о своём папе, которому неизвестно как сейчас приходится…

4. Оружие

Когда я узнал, что в Кишлах на свалке груды оружия, я спать не мог. Оказывается, привозят с фронта разное трофейное оружие и сваливают в кучу у завода в Кишлах.