Но не только Бейб следил за отъездом. На вершине холма стоял фургон для скота, наполовину скрытый деревьями, которые росли около дороги. Как только «лендровер» скрылся вдали, из фургона выскочил человек и открыл ворота на пастбище. Машина задним ходом въехала в ворота.

Бейб тем временем со всех ног мчался наверх, к стаду. Он пролез под калитку. Пастбище было холмистым, и поначалу он не увидел ни единой овцы. Но потом он услышал топот копыт, и вдруг все стадо появилось на гребне холма и во весь опор помчалось по направлению к нему. По обеим сторонам стада бежали две чужие поджарые колли, которые, казалось, без всякого усилия бесшумно неслись по траве. Сверху послышался тихий свист, и собаки слаженно обежали овец и стали гнать их обратно, на верх косогора.

Бейб, сам того не желая, оказался зажатым со всех сторон овцами. Они громко блеяли, толкались и увлекли с собой Бейба. Вокруг него звучал хор задыхающихся протестующих голосов, то пронзительных, то низких, гортанных, то хриплых. И все в полнейшем смятении кричали одно и то же слово: «Волк! Волк!»

Маленький коротконожка Бейб скоро начал отставать, а когда они достигли вершины холма, увидел, что оказался позади всех вместе со старой овцой, которая кричала «Волк!» громче всех.

— Ма! — крикнул он запыхавшимся голосом. — Это ты?

По свистку собака позади них легла, а передняя остановила стадо. Фургон стоял в воротах, и два человека ждали, с палками наготове.

— О, здравствуй, малыш, — выдохнула старая овца. — Подходящий ты выбрал денек прийти сюда...

— В чем дело? Что происходит? Кто эти люди? — спросил Бейб.

— Скотокрады, — сказала Ма. — Овцекрады.

— Что это значит?

— Воры, малыш, вот что это значит. Они крадут овец. Не успеешь и глазом моргнуть, как все мы будем в грузовике.

— Что же можно предпринять?

— Предпринять? Да ничего, разве что попытаться проскользнуть мимо этого волка.