Потом один за другим пришли четыре фермера, четыре высоких длинноногих человека, от которых пахло овцами. Каждый взял своего щенка и заплатил деньги. Флай сидела и смотрела, как уносят ее детей. Для них начиналась трудовая жизнь.

Как всегда, ей было больно расставаться с каждым из них, но на этот раз, после того как и последнего унесли, она была не одна.

— Как хорошо, дорогой, — сказала она Бейбу, — что еще ты есть у меня.

«Но не так-то долго это продлится, — подумала она. — Бедный малыш, месяцев через шесть его зарежут. По крайней мере, он об этом не подозревает». Она с любовью посмотрела на него, на этого приемыша, который называл ее теперь «мама». Перенял, конечно, от щенков, но ей приятно было это слышать, и теперь больше, чем прежде.

— Мама, — сказал Бейб.

— Да, дорогой?

— Они будут пасти овец, так ведь?

— Да, дорогой.

— Потому что они овцепасы. Как ты. Ты приносишь пользу хозяину, потому что ты овцепас?

— Да, дорогой.

— Мам!

— Да, дорогой?

— Почему бы и мне не научиться быть овцепасом?

Глава четвертая

«Ты вежливый юноша»

Когда забрали последнего щенка, утки наконец вздохнули свободно. Они предвкушали мирные дни. На следующее утро Флай и Бейб спустились к пруду, уселись и следили, как птицы ныряют и плещутся в его мутной зеленой воде. Утки были спокойны. По опыту они знали, что старая собака не станет их тревожить, а на странное существо рядом с ней они не обращали внимания.

— Через минуту они выйдут и направятся на двор, — сказала Флай. — Тогда ты можешь попытаться загнать их обратно, если хочешь.

— О да, конечно! — с азартом сказал Бейб.

Колли посмотрела на приемыша с любовью. Ну что за идея — поросенок-овцепас! От одного его вида стадо, пожалуй, убежит в другой округ. На таких маленьких коротких ножках ему овец не догнать. Пусть поиграет с утками один-два дня, а там и забудет.