- Да, но о какой рыбе речь, что за рыба-то?! - казалось, вполне искренне поинтересовался капитан.

- Кто его знает, может, ты, не исключено, что и я... - скромно потупился Пушнюс. - Я тебе все рассказать собираюсь, что они со мной вытворяют...

- Будет тебе лямку тянуть, отдохнул бы, что ли, - уже дружелюбнее посоветовал Баублис. - Пощади себя, ведь жениться задумал.

- На том свете отдохнем, - ответил Пушнюс, вложив в эти бесхитростные слова свой особый смысл. - Сам увидишь, что здесь будет... А вон и товарищ Тетенас, снова кого-то ведет...

Старшина появился в сопровождении немолодой уже женщины, одетой в национальный костюм. Издали привлекали внимание огромные бусы из янтаря и деревянные скудучяй[1], которые незнакомка зажала в руке, словно кинжал. ------[1] _Скудучяй_ - литовский народный инструмент, напоминающий соединенные вместе дудочки ------

- Происшествие, товарищ капитан, прямо для газеты! - весело доложил Тетенас. - Вот эта певица вдруг начисто все позабыла, не знает, куда ей нужно. Ни кто она, ни откуда, даже фамилии своей не знает.

- А вот про то, что не из этих мест, помню, - улыбнулась женщина. - Улицы совсем незнакомые, дома... Как с того воздушного шара свалилась.

Посейдону показалось, что он где-то видел эту женщину. Вот почему Пушнюс вместе со всеми вернулся в отделение и стал продолжать наблюдение за незнакомкой.

- Водил ее к руководителям, дирижерам, - рассказывал старшина, - те только плечами пожимают...

- Да откуда же им знать меня, если я сама не ведаю, кто я, - снова довольно оживленно подхватила музыкантша.

- Ну, а сумочка, кошелек, хоть какие-нибудь документы при ней есть?

- В том-то и дело, товарищ капитан, нет ничего. Не за что ухватиться.

- Так с какого же нам конца начать? - размышлял вслух Баублис, рассматривая инструмент музыкантши. - Может, припоминаете хоть одну знакомую фамилию? Название соседней деревни, города, озера или речки?