– В общем, – заключил папа, – испортили хорошие продукты, то есть хорошую пьесу.

– Все это очень интересно, – согласилась мама, – но, по-моему, ты не рационально используешь свои способности.

Папа виновато улыбнулся.

– Вместо того, чтобы писать свои…

Мама сделала паузу. Папа не сводил глаз с мамы – как она обзовет его творения?

– …статейки, – мама наконец нашла обидное слово, и папа застонал, как от зубной боли.

– Если бы ты бросил писать свои рецензии, – на ходу исправилась мама, – а также прекратил легкомысленные выступления по телевидению, ты бы давно мог сделать диссертацию. Была бы польза и людям и тебе.

– Ма-а-мо-о-чка! – капризно надув губы, протянул папа. – Ты делаешь уже вторую диссертацию. Неужели не хватит двух диссертаций на одну семью?

Моя мама очень хочет, чтобы мой папа занялся серьезным делом. Хотя бы таким, каким занимается она.

– Ну хорошо, не хочешь диссертацию, напиши книгу. Книга – это солидно, – не отставала мама.

Папа съежился в кресле, он хотел, чтобы его вовсе не было видно.

Моя мама очень любит папу, но так глубоко прячет свои чувства, что папа, наверное, о них и не догадывается.

– Мама, – прервал я проходящую в дружеской обстановке беседу родителей, – можно я попечатаю на твоей машинке?

– Нельзя, – покачала головой мама, – я еще немного отдохну и сама сяду за машинку.

– Бери мою, – охотно предложил папа, благодарный, что я вовремя пришел к нему на выручку.

– А что ты собираешься печатать? – спросила мама.

– Сочинение, – неопределенно ответил я.

– По-моему, сочинение пишут ручкой, – высказала сомнение мама.

– Когда это было? При царе Горохе! – папа встал за меня горой. – Сейчас домашние сочинения печатают только на машинке.

Мама пожала плечами, но спорить больше не стала, а раскрыла журнал.

В нашем доме было две машинки – папина и мамина, и каждая имела свой характер.

Мамина машинка стучала ровно, без пауз, делая остановки лишь для того, чтобы мама могла поменять лист бумаги.