До поры до времени.

По северо-восточным окраинам Леса Цветущих Мхов шел путешественник, приближаясь к поджидавшим его крупным неприятностям. Дриг Ненасытная Пасть и его выводок горностаев, числом тринадцать, один другого гнуснее и коварнее, сделали своей профессией воровство, ложь, грабеж, убийство. Даже в общении друг с другом оставались они верны призванию. Единственная их работа в тот день — неподвижное ожидание ничего не подозревающей долговязой бесшабашной зайчихи, известной друзьям под именем Дотти. Школа отнюдь не была ее любимым местом на земле, но где ей не хватало знаний, она брала нахальством, смелостью, остроумием. Казалось, ее нисколько не смутило сомкнувшееся вокруг кольцо грабителей.

Она дружелюбно кивнула им:

— Привет, пацаны и пацанки! Неплохой денек для этого сезона…

Горностаи заржали:

— Глянь-ка, Дриг! Шикарный кролик!

Дотти обернулась на эти слова и обратилась к жирной грязной молодой горностаихе:

— Ошиблась, старушка. Я — зайчиха, а не крольчиха.

Ну-ка повтори за мной: «Глянь-ка, Дриг! Шикарная зайчиха!»

Дриг влез между ними и указал на походный мешок, напоминающий здоровенную хозяйственную кошелку:

— Вытряхивай все на землю!

Дотти сладчайше улыбнулась ему:

— Может, не стоит? Я полдня убила на упаковку и переупаковку, ну…

Здоровенный туповатый горностай, старший сын Дрига, выдвинулся вперед:

— Тогда скажи, что там, внутри, да не ври, что ничего нету.

Дотти укоризненно покачала головой:

— Ты хотел сказать «ничего нет», так ведь? Спорю, ты в школу не ходил.

Горностай взревел, хватаясь за кинжал, болтавшийся на боку:

— Живо давай мешок, крольчиха!

Зайчиха погрозила ему лапой:

— Опять крольчиха! Я ведь не называю тебя горностаем! Потому что вижу — передо мной жаба-переросток.

Извини, мешок! Получай, чего хотел!