На первый раз Смерть щекотала вам пятки. На второй — резала и протыкала шины своей тупой зазубренной косой. На третий… нет, третьего не было никогда.

Стиснув зубы и сжав руль, я разогналась и с горящими глазами преодолела пятьдесят метров ужаса.

Взмокшая от холодного пота, я остановила своего коня и отдышалась. Я была цела!

И снова — разгон. Велосипед издавал скрипучие рыдания, дрожал и вставал на дыбы. Но я нажала на педали — и быстрее молнии пронеслась по дороге. Ни на миллиметр не вильнул руль. Ни один волосок не упал с моей головы. Разгоряченный конь сделал крутой вираж и опять повернулся лицом к Смерти.

Он понял то, что я осознала только через несколько секунд. Смерть испугалась! Она испугалась моих джинсов с карманом для ножа! Настоящего ковбойского ножа, метко попадающего в цель. И Смерть спрятала свою ржавую косу и тряслась в бессильной злобе.

Удар пяткой — и мы помчались как победители. О, если бы кто-нибудь видел меня, летящую над дорогой Смерти, видел, как мелькает надо мной скрюченная чёрная проволока, как бесполезно разверзаются под нашими колесами асфальтовые ущелья!

„О, Небо! — мысленно вскричала я. — Пусть хоть кто-нибудь!..“

И Небо увидело отважную меня в великолепных ковбойских джинсах. И послало мне дачного милиционера Володю.

О, как он смотрел на мой полёт! Как смотрел!..

Я почувствовала, что отрываюсь от земли и воспаряю в акварельные облака. Восторг заполнил всё мое существо, весь горизонт… и вдруг превратился в серый пыльный асфальт.

На какой пожар стремилась я успеть? Кого спасти? Кому донести срочную весть?

Какому богу молилась моя душа?

Далеко-далеко стоял милиционер Володя.

Близко-близко хохотала в исступлении Смерть, проникая внутрь меня своими сухими земляными лапами.

Я вскочила, подхватив покалеченного коня, и побежала домой на несгибающихся ногах, выплёвывая комья земли и траву.