Плавающие транспортеры и катера, до отказа заполненные солдатами морской пехоты, медленно продвигались к лагуне по фарватеру, протраленному незадолго до этого в минном заграждении. Промокшие от брызг морские пехотинцы всматривались в пологий коралловый остров, поросший пальмами, верхушки которых были сбиты снарядами. Солдаты рвались в бой.

Первым достиг побережья транспортер, в котором размещались снайперы-разведчики под командованием лейтенанта У. Хокинса и солдаты огнеметного взвода под командованием лейтенанта А. Лесли. О том, что было дальше, расскажем словами самого Лесли, который впоследствии был прикомандирован к одной из команд подводных подрывных работ в качестве офицера связи с морской пехотой:

«Мы получили задание очистить от противника и сохранить в целости Г-образный пирс, чтобы обеспечить снабжение войск всем необходимым и эвакуацию раненых.

Мы добрались до пирса минут на 15–20 раньше первого эшелона. Обстрел с моря прекратился, и тут началось что-то ужасное. Японцы яростно защищали волнолом, пытаясь не допустить подхода «аллигаторов» к берегу. Береговая артиллерия вела огонь по растянувшейся цепочке солдат морской пехоты, которые по плечи в воде пересекали лагуну. Выйти из зоны обстрела им мешали подводные заграждения». Во время высадки было уничтожено 90 из 125 плавающих транспортеров. Оставшиеся в живых солдаты прыгали в воду, пытаясь потушить горящую на них одежду. Наступающие несли большие потери: убитые и раненые лежали на всем протяжении отмелей, которые постепенно окрашивались кровью.

Деревянные десантные суда не могли пройти над рифом из-за недостаточной глубины и были вынуждены разгружаться у края лагуны. С помощью оставшихся транспортеров часть солдат была перевезена через риф, остальным пришлось идти по пояс в воде. К этому времени было получено неприятное известие о мелководье над рифом, однако не так-то легко изменить сложную десантную операцию после того, как она уже началась.