Многие военные специалисты авторитетно заявляли, что высадка войск на хорошо укрепленное побережье невозможна в такой же мере, как для военных кораблей невозможна борьба против морской крепости. Операция на Тараве опровергла подобные взгляды. Однако морская пехота за четыре дня боев на Тараве потеряла почти столько же, сколько за все время тяжелых боев в болотах и джунглях Гуадалканала (длившихся несколько месяцев).

Вторжение на острова Гилберта получило кодовое название операции «Гальваник». В сообщениях о ней американскую общественность поражали неожиданно тяжелые потери. Цензура пропустила в печать наводящие ужас фотографии убитых солдат, тела которых лежали на прибрежном песке, наполовину погруженные в воду. Склонное к оптимизму большинство американцев должно было наконец узнать жестокую правду о том, во что обходится война.

Возмущенные политические деятели, корреспонденты и редакторы газет пытались найти козла отпущения за «трагические ошибки» Таравы, требуя, чтобы они никогда не повторялись. Командование военно-морского флота и морской пехоты понимало, что предстоят еще более кровопролитные бой на сильно укрепленных островах, лежащих на прямом пути к Японии через океан. Оно было полно решимости избежать таких больших потерь, сделав для себя все необходимые выводы из десантной операции на Тараве, сопровождавшейся такими ожесточенными и тяжелыми боями.

Еще до возвращения оперативного соединения

Незадолго до высадки на Тараве командующий Тихоокеанским флотом адмирал Нимиц дал указание своему флагманскому артиллеристу капитану 1 ранга Т. Хиллу организовать отряд для проведения разведки берега и подрывных работ. Несколько бойцов отряда после высадки десантов на остров Макин и Абемаму (сравнительно небольшой и слабо обороняемый атолл) попытались взорвать отдельные выступающие коралловые рифы и проделать проход для крупных танко-десантных кораблей. Однако эту работу пришлось завершить с помощью бульдозеров.