1 2 3 4 4 3 2 1 Я — ЭТО КРУГ, КРУГ — ЭТО Я 1 2 3 4 4 3 2 1 ЕСЛИ ПАДАЕТ ОДИН, ПАДУТ ВСЕ

Скоро я стану мужчиной, а мужчины не убегают от опасностей, но я все равно поторапливаю Манчи, и дом мэра мы минуем даже быстрее, чем остальное, да еще обходим сторонкой. Наконец впереди показывается гравийная дорожка, ведущая к нашему дому.

Через некоторое время город остается позади и Шум немного утихает (но не замолкает совсем), и тут можно вздохнуть свободней.

Манчи лает:

— Шум, Тодд!

— Угу.

— На болоте тихо, Тодд. Тихо, тихо, тихо.

— Верно, — говорю я, а потом спохватываюсь и торопливо добавляю: — Заткнись, Манчи! — Шлепаю его по заду.

— Ой, Тодд?

Я оглядываюсь на город, но теперь мой Шум не остановить, ведь так? Раз уж я начал об этом думать, ничего не поделаешь. И если бы это можно было видеть, все бы увидели, как прямо из меня вылетает та дырка в Шуме, прямо из моей головы, где я ее прятал, и она такая маленькая по сравнению с ревом города, что можно и не заметить, но всетаки она есть, есть, и она летит обратно — в мир мужчин.

3

Бен и Киллиан

— Ну и где тебя носило, позволь узнать? — спрашивает Киллиан, как только мы с Манчи показываемся на дорожке. Он лежит на земле под нашим ядерным генератором, который стоит перед домом, и опять что-то чинит. Руки у него по локоть в смазке, на лице досада, а Шум жужжит как рой сумасшедших пчел, и я сам начинаю злиться, хотя только-только пришел домой.

— Я ходил на болото за яблоками, — говорю.

— Работы невпроворот, а наш мальчик решил поиграть. — Киллиан переводит взгляд на генератор. Внутри что-то лязгает, и он шипит: — Проклятье!

— Я не играл, а собирал яблоки, если ты не слышал! — говорю я, почти срываясь на крик. — Бен захотел яблок, вот и я пошел!