- Я уже сделал это, - произнёс сыщик Лежебока и показал на дверь.

Дверь распахнулась - стражники втащили сопротивляющегося человека.

- Да это же писатель Суконный! - воскликнул король Эмиль, когда-то учившийся с Суконным в одном классе. - Это вовсе не суконщик!

- Суконный или суконщик - не всё ли равно! Стоит ли обращать внимание на такие мелочи, - проворчал Лежебока.

Тут писателю Суконному удалось наконец освободить руки, и он выхватил из кармана дату. Этот писатель был известен тем, что под каждым своим произведением ставил дату - когда оно написано. Обычно это были очень старые даты, что вызывало к нему особое уважение. Все почтительно качали головами:

- Представьте себе, это написано ещё в ту пору, когда никто о таких произведениях и не помышлял!

И снимали шляпы. А у кого не было шляпы, тот бежал за ней в ближайший шляпный магазин.

Словом, даты писателя Суконного были сильнейшим его оружием. И потому, решив сразиться со стражей, он обратился к помощи наисильнейшего своего оружия. И вытащил из кармана дату 1.1.1, то есть: первое число первого месяца первого года. А если хорошенько приглядеться, эта дата напоминает трезубец оружие, которым пользовался ещё владыка морских пучин Нептун. Взмахнул писатель Суконный датой-трезубцем, метнул - и она полетела, полетела... И вонзилась прямо в грудь королевы Евлалии, туда, где, по всей вероятности, находилось её сердце.

- Ах! - воскликнула королева Евлалия. И проснулась. На этот раз в самом деле.

- Чего тебе не спится, Евлалия? Жажда одолела? - сердито спросил король Эмиль, проснувшись в соседней постели.

- При чём тут жажда? У меня такое предчувствие, будто только что произошло несчастье! - воскликнула королева Евлалия.

- Опять тебе приснилось, что исчезла наша дочь Гиацинта? - спросил король.

- Опять, - прошептала королева Евлалия.