—    Потрясно!—сказал Дима, прочитав инструкцию.

С помощью дедушкиного силомера, скажем, на уроках, когда ученики вроде бы и ничего не делают, а просто сидят и слушают учителя, можно было определить, кто и сколько тратит на это усилий или просто делает вид, что слушает! «Надо сразу же испытать этот силомер на деле!» — подумал Дима.

Торопливо проглотив вкусный новогодний завтрак, Дима первым делом позвонил деду и, поздравив его с Новым годом, поблагодарил за подарок. Затем он обзвонил своих трех дружков— Емельянова, Агеева и Савельева — и тут же назначил им свидание в столярной мастерской их дома.

—    Есть потрясающее дело!—пообещал Дима и добавил:—Очевидное и невероятное!..— А на расспросы дружков отвечал:—В Новый год обязательно должно случиться что-нибудь невероятное... в общем, сами увидите!..

Прибежав в столярку, Дима первым делом установил дедушкин силомер так, чтобы его никто из приятелей сразу не заметил. «Предложу им сделать скамейку, а во время работы с помощью силомера проверю, кто из нас сколько тратит усилий. А потом покажу им силомер». Едва успел он замаскировать дедушкино изобретение, как тут же один за другим появились его приятели и снова с вопросами: «Что это за очевидное да что это за невероятное? »

—    Вот смастерим скамейку, тогда своими глазами увидите,— пообещал Дима.

Ворчливый Жора Савельев начал было ныть: да сегодня Новый год! Каникулы! Да стоит ли делать скамейку, все равно Чикин ее сломает!..

А шумный Агеев стал кричать, как будто все плохо слышали: «Давайте работать! Ну и что, что другие гуляют!.. Хотя бы назло этому Чикину!.. Сделаем новую скамейку!»

Емельянов промолчал. Он вообще мало говорил, но много делал.

—    Дело добровольное,— сказал Колчанов,— кто хочет участвовать в очевидном и невероятном, пусть остается, кто не хочет, пусть уходит!..

После этих слов Савельев перестал ныть. Обещание Колчанова участвовать в чем-то очевидном и невероятном было сильнее Жориной лени.