* * *

После двойного зельеварения, когда все шестикурсники пришли в гостиную, Джеймс и Сириус пошли в спальню. Римус и Питер пошли за ними.

— Что случилось? — спросил Питер.

— Сохатый влюбился! — ответил Сириус.

— В Констанцию? Я думал, она нужна ему просто для вида. Я думал… вы никогда мне ничего не говорили… и я думал, не Бродяга, не Хвост… но… все это видят… — добавил мягко Римус.

— Они видят? — рявкнул Джеймс.

— Да!

— Ну… я не люблю Констанцию… также как никого. Любовь не существует. Я имею в виду, я люблю своих родителей, вас, как друзей, но я думаю это не м/ж любовь. Физическое влечение существует. Вот почему я с Констанцией.

— Т-т-ы влю-б-блен-н в-в дев-в-ву-ш-к-ку Б-родяги-и?

— Нет. Я ненавижу Эванс.

— Посмотрим, — хитро подмигнул Сириус.

— Я хочу принять ванную! Увидимся на ужине, — сердито проговорил Джеймс, выходя из комнаты.

— Бродяга, ты действительно думаешь, что он влюблен в Лили?

— Не-а! Но я сделал некоторое количество соглашений с Люсией. Мы собираемся немного смутить их, — засмеялся Сириус.

— Бродяга… — серьезно спросил Римус — Зачем?

— Только совсем немного. Мы знаем, они не любят друг друга, но будет весело увидеть лицо Сохатого, когда он все будет опровергать.

— Н-но он-н-на же тво-твоя де-девуш-ш-ка!

— Нет! Она не моя девушка!

— Но ты же поцеловал ее перед всеми в зале во время ланча!

— Это был всего лишь поцелуй! И я не думаю, чтобы она хотела быть моей девушкой.

— Она поцеловала тебя тоже.

— Чтобы показать всем, что она не любит Сохатого. Мы все знаем это, но ей надо было это ПОКАЗАТЬ.

— Хорошо, мы знаем, почему она тебя поцеловала, но почему ТЫ ее поцеловал?

— Ну… — Сириус покраснел. — Она красивая, и я хотел увидеть реакцию Сохатого, чтобы убедиться.

— И какая была у него реакция? — Спросил Римус.