Здесь, в столице, в Сан-Кристобале, все, с кем мне пришлось разговаривать, недоумевают, откуда у террористов „Спасения родины от коммунизма“ новейшее электронное оборудование, радиопередатчики, оружие и другое снаряжение, которого нет не только у местных спецслужб, но и у многих аналогичных учреждений в других странах? Дорогие телезрители, до свидания, я прощаюсь с вами на сегодня. Клинт Бресс, Эй-би-эн ТВ, Сан-Кристобаль».

За этот репортаж Клинта Бресса выслали из страны. Правда, представитель министерства иностранных дел заявил, что через некоторое время известный американский телерепортер может вернуться. Точный срок возвращения назван не был.

Между Очоа и Джоном Смитом завязались сначала приятельские, потом дружеские отношения. Чуть позже к ним прибавились и взаимовыгодные деловые связи.

В половине девятого (время Мэрчисон успел заметить на часах одного из своих охранников в масках-капюшонах) ему принесли завтрак те же двое в светлых рубашках и джинсах. Когда он поел, его повели по коридору, открыли какую-то дверь — напротив за столом в масках-капюшонах сидели двое мужчин. На столе лежали папки, бумаги, фотографии изображением вниз.

Сидевший слева от Мэрчисона мужчина поднял голову от бумаг, вежливо поздоровался и начал:

— Вы находитесь перед лицом народно-революционного трибунала и будете содержаться здесь, пока не закончатся допросы. Со временем режиму будут посланы условия вашего возможного освобождения.

— Зачем эти допросы? Я всего-навсего мелкий функционер государственного департамента США.

— Давайте сразу же условимся: вопросы задавать будем мы, а вы отвечайте на них. Честное слово, мистер Мэрчисон, так будет лучше. И не возражайте: вы же у нас в гостях.

— А мне нечего опасаться, ваши люди похитили меня явно по ошибке; вскоре вы в этом убедитесь.

— Не зарекайтесь, мистер Мэрчисон, не зарекайтесь.