Но Маришка развеяла его сомнения:

– Змей Горыныч по три глотка делал и больше тысячи лет прожил. Значит, питье это не во вред!

– Так мы же не Горынычи… – попробовал сопротивляться Гвоздиков.

На что Уморушка нашла веский контраргумент:

– А чем мы его хуже?

Против такого довода Иван Иванович не стал возражать и только робко попросил подопечных:

– Вот, что, друзья мои… Так и быть, мы отведаем этот эликсир… Но с уговором: я буду первым!

– А я второй! – сказала Маришка быстро.

– Нет, я второй! – обиделась Уморушка. – Ты первой шапку мерила!

– Хорошо-хорошо, только не спорьте! – остановил ее Гвоздиков. Он отвинтил пробку – она была с резьбой – понюхал содержимое бутылки. – Пахнет травами… Кажется, ромашкой…

– Дайте мне понюхать! – Уморушка склонилась над бутылью, поморщила носиком и доложила: – Правильно, пахнет ромашкой! А еще резедой, чебрецом, клевером, черемухой, липой, табаком и анютиными глазками. А чем еще – больше не разберу!

– Такой состав внушает надежду на хороший исход нашего опыта… – прошептал Гвоздиков и сделал один глоток.

– Ну как? – спросили его Маришка и Уморушка одновременно.

– Пока результат не ясен… не вижу изменений…

– Вы что: опять в кота превратиться рассчитывали? – удивилась Маришка.

– Да нет… хватит… – улыбнулся Гвоздиков.

А Уморушка поспешила разъяснить недогадливой подружке:

– Вот если бы Иван Иванович из копытечка выпил, тогда бы он превратился в кого-нибудь. А он из бутылочки отхлебнул, из бутылочки не опасно.

Старый учитель хотел было возразить ей и заодно объяснить, что «из бутылочки отхлебывать» тоже бывает вредно, как вдруг замер и насторожился.

– Тихо девочки… – прошептал он, глядя по сторонам и явно кого-то выслеживая. – Тихо, пожалуйста… Я, кажется, слышу посторонний голос…

Маришка и Уморушка дружно завертели головами, но никого не увидели.

– Кто-то ворчит на нас, – прошептал снова Гвоздиков, продолжая выискивать невидимого ворчуна. – Ворчит и ужасно злится!