— Татьяна! — закричали взрослые. — Таня! Что ты делаешь? Разве так себя ведут воспитанные девочки? Вылезай сейчас же!

— Вылезу! — пообещала воспитанная девочка из-под елки. — Только помогите мешок вытащить.

Через пять минут совместного пыхтения извлекли и усыпанную иголками Таню, и мешок, в который она вцепилась всем, чем смогла. Это оказался почти тот самый красный мешочек из-под лото. «Почти» — потому что он стал вдесятеро больше того, что дядя Сережа принес в кармане.

— Вот видишь, — шепнула мужу Маша, — все на месте.

И ее слова тут же подтвердились: настойчивая Таня, не дав себя как следует отряхнуть, нырнула в мешок чуть ли не вся и завопила:

— Ур-р-ра! Вот она!

Снова взрослым пришлось выуживать девочку, на сей раз — из мешка. Даже не одну девочку, а сразу двух, потому что на свет божий Таня появилась в обнимку с куклой. Не куклой — куклищей! Ростом она была с саму Таню, синие глаза-пуговицы закрывались-открывались, а невероятное блестящее платье словно бы звенело.

Что тут началось! Взрослые охали, дети один за другим ныряли в мешок и появлялись оттуда каждый со своим подарком. Ор поднялся такой, что свечи на елке заколыхались.

А когда счастливые племянники наорались, то бросились к любимому дяде Сереже, и говорили что-то все разом, и за рукав дергали, и вообще всячески выражали восторг и обожание.

«Вот и случилось, — с облегчением думал Сергей Иванович, — вот и чудо». Впрочем, главное чудо состояло в том, что ни один из подарков не был в этой кутерьме поломан, разбит. И споров никаких не возникло — всякий получил то, о чем мечтал.

Когда детский прибой схлынул, стали подходить взрослые. Все благодарили, но смотрели… с опаской, что ли? Сестра так и прямо спросила:

— Как же это, Сережа? Где ты эту красоту раздобыл?

— В мешке, сестрица, в мешке, — ухмыльнулся в бороду Сергей Иванович.

* * *

С этой елки супруги ушли необыкновенно быстро. Новоявленному волшебнику очень хотелось остаться одному, понять, что происходит, подумать, осознать…