— И не накажет! — подтвердил Таракан и для большей убедительности постоял немного на голове, а потом спрыгнул с бочки и пошёл на четвереньках.

Его друзья-одноклассники, которых называли Таракашками, дружно захлопали в ладоши, все, как один, встали на голову и тоже пошли на четвереньках. Они, как обезьянки, во всём подражали Таракану.

На бочку влез курносый, вихрастый мальчишка. Это был один из тринадцати детей доктора Ухогорло-носа. Его школьное прозвище было Пистолетик.

Когда-то он смастерил себе самодельный пистолет, зарядил его настоящим порохом, прищурился, прицелился, выстрелил и чуть-чуть не остался без правого глаза.

— Послушайте, что я вам сейчас скажу! — обратился Пистолетик к обступившим его ребятам. — У меня шесть братьев и шесть сестёр, и теперь мы тоже остались одни! Нам всё время угрожали, что нас бросят, и вот наконец они нас бросили! Вот что они написали… — Пистолетик порылся в кармане своих выцветших джинсов, достал смятый клочок бумаги, разгладил его на коленке и начал читать вслух: — «Ужасные дети!..»

Но его уже никто не слушал. Все куда-то заспешили…

— Пойдём отсюда! — сказал Репка Турнепке. — А то нам ничего не достанется.

— Чего не достанется?

— Сама увидишь.

Репка взял сестрёнку за руку и решительно потянул её за собой.

Под старый каштан посреди школьного двора летели в кучу и глухо шлёпались друг на друга школьные ранцы, портфели и портфельчики. Пробегая мимо дерева, Репка и Турнепка последовали примеру других, и, освободившись от лишнего груза, выбежали за ворота опустевшей школы…

*

В кондитерской «СЛАДКОЕЖКА» шёл небывалый пир — уничтожались запасы мороженого!

Это было какое-то нашествие сладкоежек, которые за какие-нибудь четверть часа заняли в кондитерской все места за столиками и расположились не только на подоконниках, но и прямо на полу.