УМОРУШКА. Дорогу показать можно… Но вас же не двое?

САНЯ. Еще Опилкин есть, Ведмедев. Только они не уйдут!

УМОРУШКА. Уйдут, заставим. (Задумывается). Так… Куда же вас…

САНЯ. Что – что?

УМОРУШКА. Куда же мне вам дорогу показать? Вам все равно и мне все равно.

ВАНЯ. Нам домой надо.

УМОРУШКА. Так это там! (Показывает направление наугад). Все время прямо и прямо, а потом налево. А потом снова прямо. Запомнили?

ВАНЯ. Запомнили.

САНЯ. А я забыл, когда нужно налево сворачивать.

УМОРУШКА. А не доходя. Понятно?

САНЯ. Понятно.

ВАНЯ. Ну, свернем, ну, прямо пойдем, а там что?

УМОРУШКА. А там и упретесь!

ВАНЯ (чешет затылок). Далековато… Как бы не сбиться…

САНЯ (УМОРУШКЕ). Пойдем с нами! Дорогу покажешь.

УМОРУШКА. Нет – нет!.. еще заблужусь с вами.

САНЯ. Как же ты заблудишься, когда сама дорогу показывать будешь?

ВАНЯ. Я тебе свою кепку подарю. (Снимает кепку и отдает ее УМОРУШКЕ).

УМОРУШКА. Шапочка не плохая… Только лягушками почему-то пахнет. (Надевает кепку на голову). На Красную Шапочку похожа?

САНЯ. Точно – она!

УМОРУШКА (снова вздыхает). Ну, идемте… Авось выберусь. (САНЕ). Куда я вам показывала?

САНЯ. Туда. (Показывает направление).

УМОРУШКА (отчаянно). Пошли туда!

УМОРУШКА, ВАНЯ и САНЯ уходят.

Картина вторая

В темноте раздаются три громких, но глуховатых улара. Это КАЛИНА КАЛИНЫЧ перед открытием Лесного Совета постучал палкой по пню, служащему сейчас столом для него. Медленно включается свет. Чуть в стороне от стола сидит БАБА-ЯГА с виновато опущенной головой и смиренно сложенными на коленях руками. ШУСТРИК расположился в кустах, но зрителям он хорошо виден. Все остальные участники Лесного Совета находятся за пределами сцены.

КАЛИНА КАЛИНЫЧ. Братья мои и сестры! Друзья! Я должен сообщить вам два пренеприятнеших известия. Одно из них касается всех нас. Приехали лесорубы!