- Вы считаете, что ваш препарат влияет на последовательность нуклеотидов и те, наоборот, отключают деятельность активного гена?

- Да, так.

- Но это абсурд, Виктор Николаевич.

- Я не буду спорить сейчас с вами. Я в колонии, а не на диспуте.

Мы опять замолчали. Наконец, генерал кончил курить и вернулся к столу.

- Виктор Николаевич, что если мы вам предложим лабораторию?

- Здесь?

Я взглянул на него с удивлением.

- Нет в Москве.

- На каких условиях?

- Мы вас освобождаем, даем квартиру в Москве, деньги, помещение, людей, оборудование. Курировать вас будет КГБ и Академия Наук.

- В лице доктора Рабиновича? - прервал его я.

- И Геннадия Рувимовича в том числе.

- Я согласен на все, кроме последнего. Курировать КГБ, пожалуйста, но только не Академия Наук с Геннадий Рувимовичем, в том числе.

- Ну вот, я говорил вам Андрей Николаевич, - снова заблеял Рабинович что он не признает никаких направлений в науке. У нас ведутся работы с онкогеном, мы уже ворвались в область трансформации ДНК, а товарищ Воробьев нахимичил препарат и будьте здоровы - решил все проблемы. Это шарлатанство в науке.

- А как же Катя и Климович? - спросил генерал.

- Это случайность. Это объяснить можно тем, что они имели иммунитет к размножению клетки и препарат Воробьева, только подтолкнул и усилил иммунитет.

- Значит все-таки спас?

- Можно считать, да. Но это не препарат для лечения.

- А вы как думаете Виктор Николаевич?

- Я думаю, наоборот. Препарат для лечения.

- Ну что ж, - подвел итог генерал - Мы принимаем ваши условия, Виктор Николаевич.

Рабинович с возмущением всплеснул руками.

- А вы, - генерал обратился к нему - продолжайте свое исследование и я, надеюсь, на благополучный исход. Соревнование - это тоже форма развития. К тому же, это государственное задание. Вы же знаете о чем я говорю.