На пороге
ВОСКРЕСЕНЬЕ...
Со старой школой, где были пережиты и радости и огорчения, я до сих пор не могу расстаться окончательно. Несмотря на то, что в новой школе я проучилась почти целую четверть. Не стану утверждать, что здесь, в школе-интернате, мне так уж плохо. Нет, не плохо! Совсем нет. Одна только неодолимая беда — я просто не хочу здесь быть. Хочу назад. И в этом все дело.
Единственное утешение — переписка. Когда я не сразу получаю ответ от Урмаса, то, бывает, пишу ему по три письма подряд. Вообще же только письма — из дому, от тети Эльзы, от Имби и Анне и даже одно письмо от моей бывшей классной руководительницы скрашивают мое одиночество. И еще эти воскресные вечера, когда я здесь одна пишу свой дневник, как, например, сейчас. Теперь, пожалуй, я уже написала о самых главных событиях, происшедших в моей жизни до поступления в школу-интернат. Только о школе-интернате я пока еще ничего не писала.
Написать есть о чем, но все это время я была настолько полна воспоминаниями, что первые впечатления уже несколько изгладились. Может быть, это даже и лучше. Я так медленно привыкаю к новому, что подчас кажется — вообще никогда не привыкну. Ведь не привыкла же я к мачехе.
Здесь все совершенно иначе, чем было в моей прежней жизни. Начиная с комнаты с восемью кроватями, где я сплю, и со стола на восемь человек, где я обедаю, и кончая тоской по дому, которая не оставляет меня Даже во сне.
Хорошо еще, что есть школа и учеба. А она, наверное, одинакова во всем мире. Надо по мере сил использовать свои способности, и я стараюсь это делать. Учусь, учусь, учусь!
Школа огромная и высокая, а у главного входа пышная колоннада. Что-то холодноватое в этом доме. Если поразмыслить, то виной тому допотопное центральное отопление, которое то и дело выходит из строя. Но кроме того, по-моему, здесь гуляет какой-то внутренний сквозняк, которому я не могу найти настоящего объяснения.