И тут будто кто-то перекрыл кислород. Леон остановился резко, словно наткнулся на невидимую стену. И все из-за девчонки в коротком голубеньком платьице и с розовым бантом. Эта пигалица лет четырнадцати-пятнадцати шла ему навстречу, глядя куда-то вдаль. Его не замечала. Зато он видел только ее.

Девчонка была красивой, спору нет. Но Леон встречал и красивее. Только ни одна не производила на него такого впечатления. Это был тот случай, когда от женской красоты перехватывает дыхание и земля уходит из-под ног. Девочке этой до женщины еще далеко. Но когда-нибудь она станет ею и будет сводить с ума мужчин. Но это других мужчин, а Леона она свела с ума уже сейчас... Любовь! Та самая, с первого взгляда. Быстрая, как выстрел. Не зря же говорят о стрелах амура...

Прекрасная незнакомка прошла мимо, даже не взглянув на него. Леон обернулся ей вслед, проводил взглядом до подъезда, в котором она скрылась. Это хорошо, теперь он знает, где живет это чудо природы...

«Леон, брат, да у тебя крыша поехала!»

Девчонка совсем молодая, вряд ли старше пятнадцати. А он о ней всерьез... Что с ним, может, какая патология, раз на малолеток тянет? Олесю лишил невинности в ее пятнадцать лет. Теперь вот незнакомка... Но нет, к этому ангелу он будет питать платонические чувства. Она и секс – это что-то несовместимое...

На тренировке Леон снова встретился с Олесей. Ему с трудом удалось скрыть неприязнь, даже отвращение. Ну почему он мучает и себя, и ее? Не пора ли положить этому конец?

* * *

Платон умер. И не успел сказать своего последнего слова. Кто остается за него – этот вопрос сильно волновал задворскую братву.

И только Граф не думал над этим. Он собрал под своим крылом крепкую команду из восьми «торпед». Бывалые пацаны, все через зону прошли. Но ценность их не в уголовном стаже. Все они как на подбор крепкие, к ножу приученные и с волынами на «ты». Любого вмиг уроют и не поморщатся. Киряют в меру, от «дури» носы воротят, не бакланят, Графа уважают, в рот ему глядят. Его слово для них закон.